ОЛИМПИАДА НА ТВ: 6 ФАКТОВ О ТОМ, КАК ВСЕ УСТРОЕНО

«Вы хотите изуродовать стадион»

Для показа Олимпиады мы решили не приглашать иностранных продюсеров. Задача – научить показу всех олимпийских видов спорта наших специалистов. Для этого 70 передвижных телевизионных станций были распределены в крупнейшие республики и области. Перед каждой из них была поставлена задача – освоить показ определённого вида спорта. Условно говоря, за лёгкую атлетику отвечала Украина, за баскетбол – Литва, за парусный спорт – Эстония и так далее. Собственно, перед Сочи-2014 Василий Александрович Кикнадзе, отвечавший за показ домашних Игр, повторил нашу тактику – и за несколько лет воспитал профессиональных отечественных специалистов в спортивном телевидении.

За два года до старта московской Олимпиады я собрал ведущих журналистов из-за рубежа, показал им наши трансляции и попросил честно сказать, что нравится, а что нет. Помню, что в водном поло совсем не было видно мяча. Чтобы решить эту проблему, мы смогли, несмотря на эмбарго, заказать у одной французской компании оптику, увеличивающую в 40 раз. Они привезли эту оптику, надели – и камеры попадали. Очень тяжёлая. За три месяца французам удалось найти лёгкие сплавы.

Или другой момент – на всех спортивных объектах пришлось менять освещение. Для цветного телевидения оно должно было составлять не меньше 2000 люкс. А в «Лужниках» того времени освещение стояло 50 люкс — видите разницу? Глава столицы Владимир Промыслов сказал, что мы хотим изуродовать стадион, и он не позволит. А что делать: нет света — нет телевидения. Огромные осветительные башни были построены только из-за Олимпиады и телевизионщиков.

1438590201_b_luzhniki.jpg

«Лужники»

Фото: РИА Новости

«Ваши цветные телевизоры пылятся на полках»

Олимпиаду невозможно было бы принять и показать без цветного телевидения. К счастью, оно у нас уже тогда было – но появилось за считаные годы до Игр. В 1971 году меня вызвали в Москву назначили заместителем председателя Гостелерадио, чья зона ответственности – развитие в СССР цветного телевидения. Его тогда в стране как такового не существовало. До этого я работал в Праге в «Интервидении» — структуры, объединяющей вещателей стран

Вы, Генрих Зигмундович, носитесь со своим цветным телевидением как с писаной торбой, а в стране плохие дороги и хлеба не хватает.

Восточного блока. В частности, участвовал в организации трансляций с летней Олимпиады в Мехико 1968 года – фактически это была первые Игры, полноценно показанные в Европе.

Так вот, о цветном телевидении в СССР. Я всегда говорил, что у тоталитарного режима при всех недостатках есть одно большое достоинство: если какое-то решение было принято – всё, обратной дороги нет, его доводили до конца. Мне было 36 лет, я был моложе всех коллег в министерствах и ведомствах на 10-15 лет. Помню, когда пришёл с концепцией развития цветного ТВ в Госплан, то меня чуть ли не попросили положить партбилет на стол. «Вы, Генрих Зигмундович, носитесь со своим цветным телевидением как с писаной торбой, а в стране плохие дороги и хлеба не хватает. Ваши цветные телевизоры пылятся на полках, их никто не покупает», — так мне сказали. Через несколько лет этот же человек из Госплана позвонит и попросит достать дефицитный цветной телевизор из Литвы – у нас в республике их очень неплохо делали.

А добился я этого простым директивным – тоталитаризм, опять же, позволял – решением: Гостелерадио СССР больше не приобретает никакого оборудования для чёрно-белого ТВ. Сначала, конечно, все руководители заводов, выпускающих оборудование для телевизионных студий страны, были готовы меня убить – я сломал весь их рынок, но потом поняли свою выгоду: оборудование стало дороже стоить. К концу 1970-х все студии Советского Союза перешли на цветной сигнал, а производство цветных телевизоров выросло до 7-8 млн в год. Честно сказать, я с трудом себе представляю, как бы мы выкрутились с Олимпиадой, не начни заранее и независимо развивать цветное ТВ. Это был бы провал.

1438589955_b_proizvodstvo-.jpg

Производство цветных телевизоров в СССР

Фото: РИА Новости

«Здесь копают могилу Юшкявичюсу»

Но цвет – это ещё полбеды. Внутри страны не было развито спутниковое вещание, что опять же делало полноценное освещение Игр-80 делом неосуществимым. На всю страну была одна программа, которая транслировалась без сдвига по времени – от Москвы и до Петропавловска-Камчатского. У меня был опыт работы на прошлых Олимпиадах, и я понимал, что нам не хватит существующих технических средств. Мне говорили: «Вы сошли с ума, у нас в Останкино самый большой телецентр в Европе, чего ещё надо?». Слава богу, меня поддержал председатель Гостелерадио Сергей Георгиевич Лапин. Было принято решение о строительстве олимпийского телерадиоцентра. Скажу честно: в этот раз помогла Олимпиада, без неё сдвинуть такую махину было бы сложно.

Строительство началось за три года до старта. Приехал к нам как-то в Останкино вице-президент одной японской телекомпании, смотрит в окошко, а там всё копано-перекопано, экскаваторы кругом, спрашивает: «Что это у вас там делают?».

Глава столицы Владимир Промыслов сказал, что мы хотим изуродовать стадион, и он не позволит. А что делать: нет света — нет телевидения.

«Копают могилу Юшкявичюсу», — со свойственным ему чёрным юмором ответил Лапин.

Самый тяжёлый период – зима 1978-79 годов, когда мороз достигал 45 градусов. Здание олимпийского телецентра ещё не достроено, есть опасность, что вода в системе отопления замёрзнет и разорвёт трубы. Это бы остановило стройку надолго, а времени уже в обрез. Что мы делали – ставили авиационные «пушки» и прогревали здание. Дежурили на работе ночами, чтобы отследить возможные прорывы.

Если бы не молодость, не знаю, как бы я всё это выдержал. Ложился спать в четыре утра, а в восемь уже был на стройке. В кабинете на стене висело так называемое дерево целей, оно включало в себя 270 «листьев» — заданий. Тут же ещё какая проблема – всегда существовавшее в отношении СССР эмбарго (скажем, видеомагнитофоны и видеоплёнку официально продавать нашей стране было нельзя). И в какой-то момент нам стало понятно, что нам придётся производить не просто большую часть оборудования, а всё. Такое вот, говоря нынешним языком, импортозамещение. Военному заводу в Новосибирске дали задание выпускать видеомагнитофоны, заводу «Шостка» на Украине – цветную плёнку и так далее. Это казалось невозможным, но наша промышленность справилась.

В итоге на Играх в Москве на весь мир транслировались 20 олимпийских каналов. После Олимпийских игр была обеспечена спутниковая трансляция на пять вещательных поясов по всей стране – эти пояса существуют и по сей день. Во время Олимпиады два общесоюзных телеканала транслировали соревнования практически в полном объёме.

1438589927_b_olimpijskij-t.jpg

Олимпийский телерадиокомплекс в Останкино, обеспечивающий круглосуточную передачу телевизионных программ по 20 цветным каналам в 100 стран мира

Фото: РИА Новости

«За один звонок – миллион долларов»

О том, как мы продавали американцам права на показ Олимпиады, в принципе история известная. Расскажу то, что осталось за кадром. Гостелерадио к тому моменту сотрудничало с немцем Лотаром Бокком, который покупал у нас записи Большого театра. И вот после того как мы отказались принять ультиматум сговорившихся между собой трёх американских телекомпаний, Бокк спрашивает: «Хотите я закину удочку знакомому руководству NBC?». «Ну, закидывай», — отвечаю. Через некоторое время из NBC раздаётся звонок: «Нам господин Бокк сказал, что вам можно позвонить. Вы готовы заключить договор, если мы приедем в Москву?» — «Конечно, если будете у нас в ближайшее время и согласитесь на нашу цену». Ребята из NBC тут же прилетели, мы с заместителем председателя Оргкомитета «Москва-80» Виталием Смирновым ещё чуть подняли планку и в конечном счете выжали с них $ 87 млн за показ Олимпийских игр в Москве. Сравните: за Монреаль четырьмя годами ранее американцы заплатили всего 20. Их газеты потом долго иронизировали: «87:0» в пользу русских», «NBC купило верёвку, на которой повесится» и так далее.

Кстати, даже несмотря на бойкот, мы получили от американцев всё до последнего цента. Они ребята ушлые, застраховали свой контракт. Но показывать Олимпиаду они, конечно, не смогли, и очень жаль. Для них была подготовлена студия, забронированы места для

Слушайте, Иван Павлович, наш вертолёт полетит через час, а сейчас стоит на площадке. Не знаю, что за летающий объект вы нашли, но если хотите – сбивайте.

камер на всех соревновательных объектах, 500 наших работников, согласно контракту, прошли языковые курсы и овладели базовым английским – в общем, всё было сделано. Знаю, телевизионщики NBC очень переживают, что им так и не довелось показать московскую Олимпиаду, но это, увы, никак от них не зависело.

А конец истории с немцем Лотаром Бокком получился следующий. Как я узнал позже, за тот самый звонок нам он сразу же получил миллион долларов, и ещё 10 – за записи Большого театра. Только вот свалившиеся большие деньги ему счастья не принесли – он вскоре обанкротился.

Оцените статью
Рейтинг автора
5
Материал подготовил
Илья Коршунов
Наш эксперт
Написано статей
134
Добавить комментарий